Книги

Рассказы (Тодощенко Наталия)


Тема создана (администрация)

Комментарии:

  • 2014-05-27 05:50 Имя: natali

    Потерянный рай

    И опять одна. Одна в своей большой квартире. Все то, что было нажито непосильным трудом: квартира в центре столицы, загородный дом, две спортивные машины, безупречная репутация и признание элиты – все это не могло заполнить ту пустоту, которую образовало одиночество. Как временами хотелось все бросить, уехать далеко-далеко и начать новую жизнь, без мнимых друзей и скучных вечеров. Я ведь не прошу многого, лишь немного ласки и любви, чтобы любили меня, а не эти чертовы деньги!
    Я с ненавистью посмотрела вокруг, с силой бросила сумку в ближайший угол и сползла по стене, закрыв лицо руками. Слезы текли сквозь пальцы, а в воображении всплыло лицо Игоря. В груди вдруг стало больно, очень больно, хотя мы и расстались уже давно. И пусть он и скотина, но я ему благодарна: он показал мне какова на самом деле жизнь, он дал мне понять, что для других я никто, что для них важны лишь мои деньги и мое положение.
    – Нет! Я достойна многого! И настоящей любви тоже! – крикнув в пустоту, я неожиданно взяла себя в руки. – Я, Кузнецова Виктория Александровна, еще всем покажу, из какого теста сделана, - хитро улыбнувшись, тихо сказала своему расстроенному отражению.
    Я опять улыбнулась. Самовнушение? Возможно, но ведь действует.
    Войдя в просторную, красиво обставленную, но все же пустую комнату, мне стало немного не по себе.
    – Да, самовнушение на меня долго не действует, – разговоры вслух уже давно стали обычным делом, как и снотворное, запитое шампанским или коньяком. Скажите, нельзя мешать лекарства и алкоголь? А даже если и так, то, что с того?

    Я чувствовала, что солнце встало уже давно, но не могла заставить себя встать. Повернулась на другой бок и все же приоткрыла один глаз. Вставать действительно было лень.
    – Вставай, соня, уже утро давно.
    Я резко открыла глаза и увидела в дверях своей спальни незнакомого мужчину в спортивных штанах и с подносом в руках.
    – Вика, что с тобой? – обеспокоено, спросил он. – Твой взгляд… что-то случилось?
    – Вы… – я была слишком шокирована, чтобы что-то понимать. – Вы… кто?
    – Вика, ты что… – начал он, подходя ближе.
    – Не подходите! – я натянула одеяло на подбородок. – Не подходите ближе! И вообще… вон с моей квартиры, пока я не вызвала милицию!!! – мой голос звучал медью.
    – Милицию? Вика… – в парня полетела первая подушка. – Хорошо, я уйду. Позвони, когда успокоишься.
    За ним уже давно захлопнулась входная дверь, а я все еще была как в оцепенении.
    – Да, какого черта?! – я начинала брать себя в руки. – Это моя квартира и моя жизнь!
    Но в квартире пахло чем-то другим. Уютом что ли?
    Да, домашним уютом вместо вчерашнего одиночества.
    Я, наконец, встала, огляделась. Здесь все было так же, как всегда, но меня не покидало ощущение, что что-то не так, что это не моя жизнь.
    – Или чья-то глупая шутка.
    Я подошла к зеркалу, на меня посмотрело мое отражение. Такое же, как всегда, только немного озадаченное (следствие утреннего стресса) и слишком счастливое.
    Я, наконец, поняла, что здесь не так. Со всех сторон, со всех куточков ''моей'' квартиры на меня смотрело счастье. Им дышало все. Счастьем светились и мои глаза.
    – Что за ерунда?
    На кухне стоял поднос со свеже сваренным кофе и круасанами.
    – Что за..?
    Возле подноса – букет ромашек.
    – Все слишком… красиво, - опять разговоры вслух.
    Где-то зазвонил телефон. Включился автоответчик.
    “Все еще спишь, соня? Это Катя. Звоню напомнить, что ты обещала встретиться завтра с моим братом. Он ведь твой фанат! Ладно, позвони, когда проснешься, о многом охота поговорить. И передавай привет Сане”.
    – Фанат?.. Сане?.. – я вновь растерялась. – Что происходить? Что за глупые шутки?!
    Мне ответила тишина.
    0
  • 2014-05-27 05:50 Имя: natali

    Я подошла к телефону, чтобы позвонить этой Кате и узнать, наконец, что происходит. Ведь, может, меня просто перепутали с другим человеком или эта квартира вообще не моя. Захотелось лучше осмотреться, и первое, что попалось на глаза, это фотография возле телефона, на которой была я и тот молодой человек, что разбудил меня с утра. Но этого не может быть! Я никогда раньше его не видела, тем более не отдыхала с ним в… Турции?
    Я достала фото с рамки, чтобы лучше рассмотреть его и дату в уголке.
    – Полгода назад… Этого не может быть! Я в это время была на конференции в Англии.
    Но надпись с другой стороны фотографии удивила меня еще больше:
    “Викуся, пусть это фото согревает тебя, пока меня нет рядом. Не скучай. С любовью, твой Саша”.
    – С любовью, твой Саша…
    Я набрала номер Кати (благо, он сохранился):
    “Вика? Привет, я тебя случайно не разбудила?”
    – Нет. Не беспокой…ся.
    “Что-то случилось? У тебя голос какой-то... встревоженный”.
    – Да, нет. Тебе показалось, – я ненадолго замолчала, как будто решаясь на что-то. – Я вот хотела спросить, что ты имела в виду, говоря, что твой брат – мой фанат?
    “Как что? Вика, я ведь уже говорила, Олег просто обожает твои стихи. Забыла?”
    – Мои стихи?
    “Ну да. Антон! – послышалось на том конце провода. Это явно предназначалось не мне. – Извини, у меня сейчас дома такой дурдом. Давай я тебе через пол часика перезвоню?”
    – Давай.
    “Пока”.
    На том конце провода уже давно звучали короткие гудки, а я все еще не ложила трубку, переваривая услышанное. На диване я заметила сборник стихов, на котором было мое имя: Виктория Кузнецова. Пройдясь по содержанию и пролистав весь сборник, я узнала с десяток стихов, написанных мною еще в студенческие времена: “Не хочу искать виновных”, Не верю, “Я шла в разрыв со своей судьбою”, Мы слишком разные (посвященный Антону, который в то время занимал большое место в моей судьбе), Обычная история необычным взглядом (почти полностью прожитая моей одногруппницой Леной) и другие. Старые воспоминания нахлынули с новой силой. Моя прошлая жизнь…
    Я с трудом отогнала их. Слишком много странного, совпадений, чтобы все было спроста.

    Я ждала Катю в маленьком кафе, в котором в последний раз была еще студенткой. Сейчас оно не подходило мне по статусу, но здесь и правда было очень красиво и уютно.
    Да… В высшем свете слишком узкие рамки, но сегодня я наконец-то их переступила, хотя, возможно, и не совсем по собственной воле.
    На мне были простые удобные джинсы молодежного стиля и почти мужская рубашка, завязанная в узел под грудью. А я ведь так не одевалась со студенческих времен, времен свободы и розовых очков!
    Я настолько увлеклась воспоминаниями, что и не заметила, как за мой столик сели.
    – Привет, Викусик. О чем задумалась?
    – Что? – немного растерявшись, спросила я.
    – Да ничего особенного. Просто спросила, о чем ты так задумалась.
    – Да так… общага вспомнилась, - задумчиво протянула я, рассматривая гостью. Легкое платье, светлые кучери и немного лукавые глаза. А ведь ее лицо кажется мне знакомым…
    – Общага? – рассмеялась Катя. – Да, весело было. А помнишь, как мы сводили Мишу с Юлей? А ведь они поженились и все еще живут вместе. Причем счастливо.
    – Миша с Юлей поженились? – я, наконец, узнала ее. Передо мной сидела не много, не мало, а Катька Лугова – моя лучшая студенческая подруга!
    – Ну да. Викусь, забыла что ли? Прошло ведь только два с половиной года! Ну, ты даешь, – она улыбнулась, – Не зря говорят, вас, творческих людей, не поймешь.
    – Да ладно, – я отмахнулась. И на сколько же легко с ней разговаривать, как будто и не проходило этих пять лет.
    – А как там Саша? Чем-то удивил тебя сегодня?
    О, да! Я вспомнила сегодняшнее утро, и… нас отвлек официант. Это дало время обдумать ответ.
    Медленно потягивая апельсиновый сок, я все же ответила:
    – Да так, мой любимый кофе с утра и букет ромашек на столе.
    – Ромашки… Повезло тебе…
    0
  • 2014-05-29 05:58 Имя: natali

    – Ты это о чем?
    – Как это о чем? Ромашки – это же самые первые цветы, которые он тебе подарил. Тогда еще… в студенческие времена, - она лукаво посмотрела мне в глаза. – Тогда на букет у него просто не было денег, сейчас они, видимо, символ того, как все у вас начиналось.
    Я невольно улыбнулась – романтика! – а Катя продолжила:
    – А ведь тогда никто не верил в то, что вы будете вместе, даже я считала, что ты останешься с Антоном. Вы ведь очень любили друг друга.
    – Мы были слишком разными…
    – И что? Тебе ведь это не мешало. Ой, извини, - Катя вдруг спохватилась. – Я, наверное, тебя уже достала этим.
    – Да нет, что ты? Мне весьма интересно услышать твое мнение, так сказать взгляд со стороны.
    Учитывая то, что другого мнения у меня попросту нет. Но это, конечно, я вслух не сказала.
    – Да ну? – Катька улыбнулась. А у нее весьма заразительная улыбка. – Может, пройдемся?

    Мы медленно шли по набережной. Я рассматривала пенные волны, разбивающиеся об камни, и внимательно слушала историю своей жизни (теперь я уже точно знала, что своей) от моей лучшей… подруги?
    – Как ты прекрасно помнишь, вы с Антоном были прекрасной парой, а Саша – просто парень, которому случайно попались твои первые стихи. На каком это было курсе?
    – На втором. По крайней мере, именно тогда я начала писать стихи.
    – Если быть конкретней, второй курс, конец первого семестра.
    – А ведь с Антоном я была с первого курса, - скорее себе сказала я.
    Катя пропустила эти слова мимо ушей.
    – До сих пор не представляю, откуда у Саши появились твои стихи, но…
    – Я забыла однажды тетрадь со стихами в аудитории, вот они ему и попались на глаза.
    “Откуда я это знаю?” – промелькнуло в голове.
    – Да? Ты никогда не рассказывала об этом…
    – А ты не спрашивала, – я пожала плечами.
    – Ладно, – Катя махнула рукой. – На чем я закончила? Ах, да. Твои стихи задели Сашу за живое. А ведь это были только первые твои попытки! Прошло немного времени, мы устроили небольшую гулянку в твоей комнате (подальше от вахтеров), и где-то часиков в одиннадцать-двенадцать в дверь постучали, что для нашей компании было не свойственно. Ты открыла ее, а там, – Катя выдержала сценическую паузу, – Саша. Ты тогда его еще не знала и…
    – Просто спросила: “Вам кого?” – перебила я подругу, – а он ответил: “Я к вам, Виктория. Вы запали мне в душу”. Мне стало смешно: я ведь на тот момент его даже не знала! Единственное, что заставило меня не захлопнуть перед его носом дверь, это моя тетрадь в его руках. Та, в которую я всегда записывала свои стихи, - я выдохлась.
    Мы стояли на набережной, облокотившись на перила. Я смотрела на проплывающий где-то далеко парусник и вдруг… вспомнила все. Всю свою жизнь. И, конечно же, вспомнила Сашу.
    – Кто из нас рассказывает, ты или я?! – притворно возмутилась Катька. Она была мне очень близкой подругой. Теперь я это почувствовала.
    – Ну, извините, извините…
    – Так вот, - она сделала очень умное лицо, - единственное, что тебя заставило обратить на Сашу внимание, это твоя тетрадь. Вначале ты, конечно, впала в ступор, но быстро взяла себя в руки. Бросив нам: “Я скоро буду!”, вышла с Сашей в коридор. Не знаю, о чем вы говорили, но вернулась ты уже с тетрадью и Сашиным номером мобильного. “Мне просто важно знать взгляд постороннего на мои стихи” именно так ты тогда сказала. “Ну, важно, так важно” промелькнуло тогда в моей голове. Но посторонними вы были довольно недолго. И это было не удивительно, ведь Саня очень интересный и веселый человек! Это заценила не только ты, но и вся наша компания. Саша очень быстро стал своим. Мы тогда еще не понимали, к чему это может привести. Вскоре у вас с Антоном наступил очередной разлад на тему “Мы слишком разные!”. Часто ты оставалась у меня или я у тебя. Я ведь понимала, что в тот момент тебя нельзя было оставлять одну. Но не только я оказала тебе сильную поддержку. Саша становился тебе все ближе и ближе. Я это замечала, но не вмешивалась – себе дороже!
    0
  • 2014-06-03 05:55 Имя: natali

    Однажды ты пришла ко мне и сказала, что никак не можешь понять, кто тебе дороже – Антон или Саша. Вот только имя Саши прозвучало, почем- то, намного нежнее. Вот тогда я и поняла, что с Антоном вы будете уже не долго. И вправду, вскоре после того разговора ты начала встречаться с Сашей, а с Антоном вы остались просто друзьями. Кстати, это ведь именно Саня убедил тебя заняться творчеством всерьез, а не идти в жестокий бизнес, как ты хотела раньше. И он, как видишь, был прав.
    Я улыбнулась.
    – Что было дальше, это уже не так интересно. Тем более, что многих подробностей я все еще не знаю.
    – Когда-нибудь я тебе все расскажу, – пообещала я, – и ты спокойно сможешь писать мою биографию.
    – Договорились, – довольно серьезно ответила Катя, и вдруг спохватилась – Викусь, извини, но мне бежать надо.
    – Ну, надо, так надо. Своим привет передавай.
    Катя давно уже ушла, а я все еще смотрела на волны и думала над своей жизнью. Я вспомнила все, но ощущение двойственности не проходило. Зато на душе стало так тепло и уютно, и я решила на время забыть о своей прошлой жизни, наполненной борьбой и одиночеством. Мысль о Саше вызывала улыбку, но вот любовь…

    – Привет, Саша.
    “Привет. Я так рад, что ты все же позвонила” – послышалось на том конце провода.
    – Я тоже рада. Саня, ты извини меня за утро.
    “Да ладно, всякое бывает”.
    – Я серьезно. А давай встретимся где-то, например, в “Мечте”.
    “А почему бы и нет? Только скажи когда”
    – Да хоть сейчас.
    Я закрыла глаза. Сейчас, сидя за столиком в кафе, я думала, что же скажу мужу. Да, теперь я, конечно, помнила, что Саша – мой муж. Я не могла понять лишь одно – что я чувствую к нему. С одной стороны, он оставался для меня чужим, с другой, до боли близким, своим. Я надеялась, что при встрече смогу, наконец, разобраться.
    – Приветик, Викуся.
    Я открыла глаза, встретилась взглядом с Сашей и… все слова, заготовленные заранее, застряли у меня в горле, и я поняла, что все же люблю его, люблю больше всего на свете! В руках он держал букет полевых ромашек…

    Я долго не могла уснуть. Меня одолевали противоречивые чувства. Возле меня спал Саша. Смотря на него, я чувствовала себя счастливой. А я ведь и забыла, что это такое! Но… я боялась уснуть, боялась закрыть глаза, чтобы не исчезло все это, чтобы не исчез Саня. Я боялась, если засну, то проснусь в своей прошлой квартире, в своей прошлой жизни, где нет Саши, где нет настоящих друзей. Я боялась, что…
    Проснулась довольно таки поздно. Не отрывая глаза, попыталась нащупать Сашу возле себя, и вдруг поняла… его нет. Я резко открыла глаза – так и есть, я опять одна. Что и требовалось доказать. Все было слишком хорошо, чтобы быть правдой.
    Я взяла себя в руки. Нужно возвращаться к СВОЕЙ жизни! Накинув халат, прошла в кухню, сделать себе кофе. И не потому, что не выспалась или очень хотелось, просто… привычка.
    Пройдя по коридору, улыбнулась своему отражению:
    – Не раскисай! Не стоило привыкать. Ясно же было, что все то не могло быть реальным.
    И лишь увидев на кухонном столе белую розу на длинной ножке и записку от Саши, я поняла, что он все же мне не приснился. Я улыбнулась – неужели и мне перепало немного счастья?

    – Привет, Катюнь!
    “Приветик” – немного с опозданием ответила подруга, голос у нее был немного неуверенным.
    – Не ожидала моего звонка?
    “Не знаю. Ты по делу?”
    – Ну да. Я ведь сегодня вроде должна встретиться с твоим братом…
    “С моим братом? Ты о чем?”
    – Катюх, не выспалась что ли?
    “Есть немного”
    – Я надеюсь, «веселенькую» ночку тебе устроил не Антон?
    “Да нет, насколько я знаю от сестры, Антошка, наконец-то, спал спокойно…”
    – Насколько ты знаешь от сестры?? Катя, колись, ты сегодня где ночевала? А главное с кем?
    “Ну-у-у… Ты Серегу с юридического помнишь?”
    – Серегу? Неужели ты его закадрила?
    “Я же говорила, что от меня еще ни один парень далеко не убегал. Так что там с моим братом?”
    0
  • 2014-06-07 17:20 Имя: natali

    – С твоим братом? – я немного удивилась. - Ах, да, ты об Олеге… Быстро же ты тему меняешь. Ну, да ладно, об Олеге, так об Олеге. Напомни-ка мне, где и когда я с ним встречаюсь? А то я что-то запамятовала.
    “Издеваешься?”
    Я промолчала. Не отвечать же на риторические вопросы?
    “Ну, извини, забыла сказать. С кем не бывает?”
    – Я даже догадываюсь почему. Серега здесь никаким боком не задействован?
    “Вика!”
    – Извини, извини. А если серьезно, что ты там забыла мне рассказать?
    “Олег будет тебя ждать в “Мечте” где-то часиков в четыре”
    – Ночи?
    “Дня! Ты чего?”
    – Извини, настроение просто хорошее.
    “Ладно, проехали”
    – А как я Олега узнаю?
    “Я думаю, он сам тебя узнает”
    – Хорошо, сам, так сам.
    “Ну, тогда пока?”
    – Пока. И… самых сладких снов.
    Ответа не последовало, лишь короткие гудки.
    – И чем мне сейчас заниматься?
    Мне попалась на глаза ручка и чистая тетрадь.
    “Мне казалось, я никогда не полюблю.
    Никого и никогда. Я всегда одна.
    Мне казалось, я быть с кем-то не смогу.
    Да и зачем? Я одна всегда.
    Мне казалось, что легко будет жить,
    Жить вот так – всегда одной.
    Мне казалось, что не мое любить,
    Любить кого-то всей душой.
    Мне казалось… Ну и что с того?
    Мне ведь это всего лишь казалось.
    Сейчас понимаю, нельзя предвидеть всего –
    Я способна любить, как оказалось” –
    Лишь написав последнюю строчку, я, наконец, поняла (вернее, поверила), я – поэтесса. Да, наверное, я все-таки зря тогда в общаге закинула творчество. Видно мне все же не хватало Саши, чтобы поверить в себя. А то все бизнес, бизнес, чтоб его…
    – Так, все! Отставить! Берем себя в руки, - опять эти разговоры вслух. Пора с этим завязывать – в новую жизнь с новой страницы.

    – Здравствуйте. Я Олег.
    Я подняла глаза – перед моим столиком стоял парнишка лет шестнадцати с букетом полевых цветов в руках.
    – Присядешь? – после небольшой паузы, улыбнувшись, спросила я. – Андрей, принеси, пожалуйста, вазу, – это уже подошедшему официанту.
    – С удовольствием. Что-нибудь еще?
    – Кофе?
    Олег кивнул.
    – И две чашечки кофе.
    Когда Андрей ушел, Олег, смотря в стол, сказал:
    – Извините за опоздание.
    – Ты не опоздал, это я пришла немного раньше. – Посмотрев на Олега, продолжила, – я тебя чем-то смущаю?
    – Нет, что Вы! – Олег поднял на меня взгляд, – я просто…Вы даже не представляете, как долго я мечтал об этой встрече, и…
    – Теперь не знаешь, с чего начать?
    Олег кивнул.
    – Давай начнем с того, что ты перестанешь смотреть на меня, как на что-то невероятное и недосягаемое, такое, как… – я немного задумалась, – звезды на небе. Я ведь обычный человек, а не звезда мирового масштаба. Так что можешь считать меня старой знакомой, и, если тебе так будет удобней, говори мне “ ты ”. Тем более что я не настолько уж и старая.
    Олег улыбнулся. На первый взгляд у него с сестрой не было ничего общего, но уже потом, медленно прогуливаясь по центральному парку, я нашла их общую черту – отличное чувство юмора. Олег, как оказалось, мог заставить улыбнуться кого угодно.
    – Олег, мне кажется или ты уже давно хочешь меня о чем-то спросить, но никак не решаешься? – присаживаясь на скамейку, я задала вопрос, который мучил меня уже некоторое время. По взгляду парня я поняла, что была права. – Задавай, не бойся. Так и быть, отвечу.
    Олег сел рядом:
    – Я… Вы даже не…
    – Опять “Вы”? Мне казалось, мы этот этап уже прошли…
    – Извините…
    – Олег, если для тебя это так сложно, можешь и не говорить. Или сказать это позже, у меня много свободного времени, да и у тебя, похоже, тоже.
    – Нет… не стоит. Вы… ты… – Олег вздохнул и выпалил на одном дыхании, – я бы очень хотел услышать твое мнение о моих стихах.
    – Ты пишешь стихи? – этот факт меня немного удивил.
    – Да, – он посмотрел мне в глаза, – недавно начал.
    – Не мои ли стихи тебя вдохновил? - с сарказмом спросила я.
    0
  • 2014-06-09 02:14 Имя: natali

    – Возможно… - ответил он и после небольшой паузы добавил, – а это плохо?
    – Нет, конечно, – я тепло улыбнулась. – Я ведь тоже не просто так начала писать.
    – И кто же был твоим вдохновителем? – уже и в его голосе прорезался сарказм. – А впрочем, не важно. Так ты взглянешь?
    – С удовольствием.
    Олег протянул мне небольшую тетрадь, где было лишь несколько стихов, но уж слишком разных. Смотря на Олега, я понимала – он боится того, что я могу сказать, но примет любые мои слова.
    – Ну… как? – подал голос Олег, когда мое молчание немного затянулось.
    – Тебе правду сказать?
    Он вздохнул:
    – Да.
    – Не переживай, она не настолько страшная, как тебе сейчас показалось, – я улыбнулась. Он промолчал.
    – Олег, я заметила, что у тебя стихи очень разные по тематике.
    – Я не считал, что это плохо, тем более что и твои стихи далеко не на одну тематику.
    Я внимательно посмотрела на него:
    – Олег, не ровняйся на меня, это ни к чему не приведет. И не расстраивайся так, мои слова не значат, что ты плохо пишешь. Ты просто слишком рассеиваешь свои мысли, свой талант, ведь по некоторым твоим стихам сразу видно, что это не твое (я имею в виду именно тематику). А вот “Баста” меня очень сильно зацепил. Такой протест! И сразу видно, что ты туда душу вложил…
    – Просто я не понимаю такого равнодушного отношения многих, особенно среди сильнейших мира сего, ко всему, что происходит…
    – Вот видишь, эта тематика тебе близка, поэтому стих и вышел настолько сильным, – я улыбнулась. – Единственный совет, который я могу дать – не пытайся объять необъятное, пиши о том, что знаешь, что чувствуешь. Твои стихи и правда интересны, а когда откинешь левые темы, станут еще и весьма сильными, такими, как “Баста”, например. Кстати, раз уж ты обо мне и моей тематике вспомнил, то и я довольно долго писала лишь лирику, а на более философские, отдаленные темы начала писать недавно.

    Интересный парень. Он напомнил мне меня. Причем не меня новую, а меня старую, ту, которая всю свою жизнь пыталась брать на себя слишком много и где-то в глубине души постоянно боялась, что все делает не так. Как давно это было! Моя прошлая жизнь… она мне больше напоминает страшный сон. И когда-то я в это действительно поверю.

    Поэт… Мне все еще не вериться, что я поэт. Вернее поэтесса. Мои стихи как будто живут сами по себе – когда я пишу, я чувствую, как строки льются свыше, с самых глубин моей души. А я всего лишь… посредник? Я и для себя не смогла бы ответить на этот вопрос.
    Держа в руках ручку, я как будто отключалась от всего мира. Так и сейчас. Но стих вновь грустный, как и большинство моей лирики. Не понимаю…
    – Красивый стих.
    Я вздрогнула - он опять подкрался ко мне незаметно.
    – Грустный, – я вздохнула, поворачиваясь к мужу. – Саша, я не понимаю. Я ведь счастлива, счастлива настолько, что это невозможно выразить никакими словами. И ты рядом со мной, а тебя я люблю даже больше собственной жизни.
    Он попытался меня обнять, но я мягко отстранилась и продолжила:
    – А мои стихи… В большинстве своем они настолько… грустные. Как этот, – я посмотрела Саше в глаза, в моем взгляде плескалось непонимание. – Я не понимаю этого.
    – Вика, твои стихи, они… особенные. И не смотри на меня так недоверчиво! – он улыбнулся. – Но ведь даже не в этом дело. Говорят, что в человеке уживаются, как минимум, две очень разные личности, – Сашка сел рядом и обнял меня. На этот раз я не отстранялась. – Так и ты с твоей героиней.
    – Возможно, ты прав, но все равно…
    – Солнышко, твои стихи очень сильные, и это не только мое мнение. А главное, не смотря на то, что в них описана не твоя настоящая жизнь, они твои, действительно твои.
    Я улыбнулась, Саша всегда мог меня поддержать.
    – Ты вчера был такой задумчивый… Что-то случилось? – я прилегла на Сашкино плече.
    – Ну, у тебя и переходы!
    – А все же?
    – Я улетаю в командировку, – после небольшой паузы сказал Саша.
    – Когда?
    – Сегодня вечером.
    0
  • 2014-06-09 23:37 Имя: natali

    Я резко встала:
    – И когда ты собирался мне это сказать?! После отлета??!!
    – Я и сам узнал об этом только вчера. Хотел сказать, но ты была настолько воодушевленной вчерашней презентацией, не хотелось портить тебе настроение. Прости.
    – Это ты меня прости, – я вновь присела возле мужа. – И надолго ты уезжаешь?
    – На неделю. Ты ведь понимаешь…
    – Я все прекрасно понимаю. Да и недельку без тебя я как-то проживу. Но безумно соскучусь за это время.

    Я впервые за долгое время засыпала одна, но меня это не пугало. Всего лишь неделя, а потом он опять только мой. Проснулась от назойливого лучика солнца, пробившегося сквозь неплотно задвинутые шторы. Вставать не хотелось, но лучик оказался настолько назойливым, что заставил меня подняться хотя бы для того, чтобы поплотнее задвинуть шторы. Но, потянувшись к окну, я остановилась. Это не моя квартира! Нет, здесь все было как всегда, но я чувствовала, что что-то не так, что это не может быть моей квартирой!
    С оцепенения меня вывел телефонный звонок.
    “Виктория Александровна?”
    – Да.
    “Это Светлана”
    – Извините, кто?
    “Ваша помощница. Извините, что беспокою Вас дома, но дело весьма срочное. Помните, Вы просили меня связаться с Несеренко? Так вот, звоню напомнить, что встреча назначена на сегодня, но, если Вы все еще плохо себя чувствуете, то, может, на встречу поедет Алла Федоровна? Вы ведь сами говорили, что полностью ей доверяете. Если в этом бизнесе можно хоть кому-то доверять…”
    – Наверное, я, правда, плохо себя чувствую, – очень тихо и больше себе, чем этой Светлане, сказала я.
    “Что? Извините, я Вас не расслышала”
    – Я хотела сказать, пусть на встречу поедет Алла, а Вы проконтролируйте все.
    “Хорошо. Вам доложить, как закончится встреча?”
    – Естественно.
    Я ничего не понимаю. Положив трубку, я взяла в руки фотографию, которая еще раньше притянула мое внимание. Она стояла на месте моей фотографии с Сашей, но на этой мне вручали какую-то награду, а снизу надпись: “Бизнесмен года”. И только теперь я все поняла. Вернее вспомнила. Лучше бы я этого не помнила! Моя прошлая жизнь навалилась на меня, как нежданный снег. И мне стало страшно. Ведь за это пусть и короткое время, пока я была замужней женщиной, я изменилась. Изменилась настолько, что уже не смогу быть той же акулой бизнеса, которой была.
    Сашка… Я упала на колени. Саша… Вряд ли я когда-то еще увижу того, кого люблю. Не знаю, как долго я просидела, глядя в одну точку, пока не разрыдалась. Но как-то резко успокоилась. Я люблю его больше жизни.
    Присев на кровать и открыв ноут, я написала:
    “ Ты меня никогда не замечаешь,
    Не заметил и сейчас;
    Ты меня, как песню, забываешь,
    Ты меня забыл и в прошлый раз.

    Я невидима для тебя,
    Прозрачна, как стекло.
    Ты смотришь сквозь меня,
    Как смотрят в кухонное окно.

    Ты не знаешь ничего,
    Что связано со мной,
    Увы, для тебя я никто,
    А я не вижу себя другой.

    Я не вижу себя без тебя,
    И не смогу забыть твои глаза.
    Как страшно выходить из себя,
    Быть бурей… пусть так и нельзя.

    А ты ничего не замечаешь,
    Не заметишь даже, если я умру.
    Зачем мне жить? Ведь ты не знаешь,
    Что без тебя я не могу.

    P.S.: Саша, ты в моем сердце навеки”. И отправила это сообщение в свободное плаванье в Интернете, даже не надеясь, что он этот стих прочитает. Да даже если и прочитает, то вряд ли поймет.
    Я знала, что делаю, и знала, почему. В моей руке блеснул любимый кинжал.
    – Я люблю тебя больше жизни, – эта фраза, брошенная в темноту, была адресована лишь ему, моему Саше. – Я люблю тебя больше жизни.
    0
  • 2014-06-11 03:01 Имя: natali

    Из светских хроник:
    “ Сегодня под проливным дождем состоялся похорон известной бизнес-леди и светской львицы Кузнецовой Виктории Александровны. Очень многие приехали провести ее в последний путь. Среди них были даже такие известные люди, как…
    … но версии смерти Виктории Александровны не разглашаются. Единственное, что известно, это то, что расследование по этому делу все еще продолжается”
    0
  • 2014-06-13 16:03 Имя: alina

    Автор у вас очень замечательная история и стихи отличные! Но что ж так грустно то? Почему бы героям не стать счастливыми,а историю закончить хеппи эндом!?
    0
  • 2014-06-14 08:49 Имя: nadezhda

    Интересный,хороший слог,захватывающая история.Мне очень понравилось)
    0
  • 2014-06-15 07:35 Имя: natali

    не получается у меня хеппи эндов, почему-то... ))
    как-то так получается, что в жизни все хорошо, а на бумаге... может это мой способ справиться с негативом)
    0
  • 2014-06-17 19:08 Имя: natali

    Кэйт

    Мне оставалось лишь нажать на курок.
    Он стоял передо мною на коленях, опустив голову на грудь. Я лишь улыбнулась своею фирменной улыбкой, которая никогда никому не сулила ничего хорошего. Мне оставалось лишь нажать на курок…
    Все еще не понимаю, что меня остановило, но в последний момент… Я всегда знала, что не стоит смотреть в глаза своим жертвам, но никогда не относилась к этому серьезно – мне было все равно – а в этот раз… В его взгляде не было страха, не было ненависти; он смотрел даже не в глаза, он как будто заглядывал мне в душу. В его взгляде застыл единственный вопрос: «И как ты до этого докатилась?», и еще что-то… Жалость? Нет, сочувствие… Сочувствие к своему палачу!!! А я…
    Мне оставалось лишь нажать на курок. А я не смогла. И что меня остановило?! Ведь мне всегда было все равно! Все равно…

    «И как ты до этого дошла?» - эхом отбивалось в моей голове. Я сидела в своей, всегда любимой мною, квартире. Все мои знакомые постоянно поражались роскоши, в которой я живу: их будоражили не так размеры (двухэтажная квартира в центре столицы – это вам не какая-то хрущовка!), как обстановка, количество антиквариата и то тепло, которое веяло от них. Я всегда любила все это, с нежностью любовалась картинами, а сейчас… просто смотрела в одну точку, держа в руках стакан виски (я стараюсь не пить, но… кого это сейчас интересует?) и думала….
    И как я до такого докатилась?! До такой жизни. Неужели я настолько бессердечна? Вот так, без проблем, нажимать на курок, и не думать! Отбираю чью-то жизнь? Ну и что? Оставляю детей без матери (отца)? А мне что с того? Меня умоляли, проклинали, ползали на коленях, обжигали ненавистью, смотрели прямо в глаза… Мне всегда было все равно! Неужели я превратилась в бесчувственного убийцу?
    Да нет же! У меня есть друзья, любимый человек, но… я бы без проблем предала каждого, я бы даже не сомневалась, не чувствовала угрызений совести (если она, конечно, у меня иметься), если бы кто-то из них перешел мне дорогу или Председатель попросил бы их убрать. Да, именно попросил. Он никогда не приказывает, вернее, мне никогда не приказывал, но его просьбы всегда воспринимались как приказ, воспринимались всеми, но не мной. Ведь просьбу я еще могу выполнить (мы с Председателем пережили не мало вместе), но не приказ! Приказы я с детства не переносила.
    Детство… Я уронила стакан на пол. Оно встало передо мной ТАК ясно, что мне стало страшно. Мне!!! Человеку, который ради интереса (как ни странно, деньги за свои услуги я никогда не брала, это так… хобби) может убрать любого.

    ***
    Было лето. Последнее безмятежное лето в моей жизни. Сколько мне тогда было? Десять – двенадцать. Не больше. Я любила до безумия одного парня, Лешу с соседнего двора. Он не был писанным красавцем, да и абаяшкой его не назовешь, но… кто в этом возрасте об этом задумывался? Я просто любила. Не за что-то, не вопреки, просто любила. Мне этого было достаточно. Я дышала им, он снился мне ночами, а днем все мысли были только с ним, о нем, ради него. Я жила только им, а он меня даже не знал. До того памятного дня.

    – Привет, – я даже не обернулась, настолько была поглощена своими мыслями. – Ты, случайно, не видела здесь щенка питбультерьера?
    – Что? – я подняла глаза на незнакомца и… обомлела. Передо мной стоял он – Алексей, Лешка! Я не смогла даже выдавить с себя банальное “привет”, настолько была ошеломлена. Он впервые со мной заговорил! Впервые!!!
    – А Вам никогда не говорили, что у Вас завораживающий взгляд? – спросил он, присаживаясь возле меня. Мне вдруг стало очень тепло и уютно, и это явно не имело отношения к погоде.
    – Кстати, меня Алексей зовут, - он улыбнулся. Наверное, эта улыбка было первое, что я полюбила…
    0
  • 2014-06-18 23:31 Имя: natali

    – Ну что ты, как не родная? – наверное, десятый раз с нежностью, как ни парадоксально это звучит, спросил он. Я впервые была в Лешкиной квартире, и поэтому чувствовала себя не совсем комфортно.
    Мы были одни, но это не удивительно – Лешкины родители вместе с его младшим братом уехали к родне в другой город. Я лежала у Леши на коленях, он гладил мои волосы, и я понимала – это и есть счастье. Как же я его любила!
    – Ну, что останешься на ночь? – он смотрел в мои глаза, и пусть сам был до боли серьезен, глаза его смеялись. А я не знала, что ответить. С одной стороны, мне родители запрещали оставаться с парнем наедине, рассказывали страшные истории, но, с другой, это ведь мой Лешка! Я глубоко вздохнула и… кивнула. Дело оставалось за малым – сказать родителям, что ночую у подруги и предупредить саму подругу. Но это уже мелочи.
    Леша улыбнулся, наверное, впервые этот час, и… наш поцелуй, кажись, длился вечность. После него я уже не сомневалась в верности своего решения.
    Мы долго болтали, я и не помню, как я заснула, а вот, как проснулась… мне впервые сделали завтрак в постель. Знаете, насколько сильно такая мелочь воспринимается в 10-12 лет? Я любила подобные мелочи, и с каждым днем все крепче любила Лешу. Он делал для меня все, и я была готова отдать ему все: себя, свою собственную жизнь, но он не требовал ничего взамен. Мы просто любили друг друга, и этого нам было достаточно.

    И как он посмел?!!!!
    Я уже не могла кричать, не могла плакать – мне оставались лишь мысли в моей собственной голове…
    Спор… банальный спор! И ходит, как ни в чем не бывало! Убила бы,… если б не любила.
    И вновь встал перед глазами тот день пустынный пляж – наше с Лешей любимое место. Там всегда было безлюдно, что нам и нравилось. Мы были предоставлены сами себе. Я загорала; проходили последние летние дни. Лешка опять устроил себе внеочередной заплыв. Я никогда не понимала этой его привычки, наверное, потому что сама толком плавать не умела. Лешка пытался меня научить, но… видно не мое это.
    Я улыбалась каким-то своим мыслям, строила какие-то планы, поэтому только краешком уха услышала какое-то непонятное бультыхание в воде, и лишь краешком сознания отметила интерес к этому звуку. Но звук не прекращался, как будто кто-то пытался за что-то ухватиться. «В воде ведь только Лешка!» – эта мысль заставила меня резко встать.
    – Ка… Катюх, помоги!
    – Леша! – я не знала, что делать. На моих глазах Лешка пытался хоть как-то держаться на плаву. «Судорога» – мелькнуло в голове. Я уже не думала, что делаю: подбежала к воде и поплыла,… как могла, а дальше… темнота. Потом больница, долгие разговоры с родителями, психологом. Да уж… Как же долго пришлось доказывать, что я не самоубийца!!! А он даже не пришел… ни разу.

    Бар… веселая компания. Я раньше не бывала в таких заведениях.
    – Леш, давай еще раз!
    Лешка развалился на стуле, как на троне; на его коленях сидела какая-то девица, он держал ее даже не за талию, а ниже. Мой Лешка! Мне хотелось подойти, что-то сказать, что-то сделать,… а я просто стояла…
    – Ну что же. Споря, я знал, что ничего не теряю. Вы выбрали такую дурочку! Мне даже сильно стараться не пришлось, она сама все сделала – сама придумала “нашу огромную любовь” – он ухмыльнулся, а я никак не могла понять, о чем он, – и сама же в нее поверила. Я просто подыграл, - он крепче прижал к себе девушку, сидящую у него на коленах, а я стояла, как будто оглушенная. – И самое смешное, Катька сама выбрала место своей потенциальной смерти. О, эта ее любовь к диким пляжам! А разыграть приступ судороги вообще проще простого, – все рассмеялись, а я продолжала стоять, словно оглушенная.
    0
  • 2014-06-20 10:39 Имя: natali

    – Да уж… Когда ты сказал, что если захочешь, любая пигалица отдаст за тебя жизнь, я не верил. Не обижайся, но я был полностью уверен, что Светка выиграет.
    Леша улыбнулся улыбкой довольного кота:
    – Кстати, Света, напомни, что ты мне проиграла?
    – Кажись, себя на одну ночь, – подала голос та, что сидела у Леши на коленях.
    – Помню, помню… – Света хищно улыбнулась, с азартом смотря на них, и задумчиво добавила, – А что? Это может быть даже интересно.
    – Тааак… смотрите не заиграйтесь! – снова подала голос спутница Лешки.
    – Неужели ревнуешь, Нат? – Светины глаза светились озорством. – А к Катеньке не ревновала.
    – Ревновать к малолетке? – она ухмыльнулась. – За кого вы меня принимаете? – и нежно поцеловала уже не моего парня

    Сволочь! И как можно на такое спорить?! На чужую жизнь!!!
    Прошёл уже не один месяц, а подобные мысли не давали мне покоя. Я почти не выходила из дому, боялась пересечься с Лешей, боялась своей возможной реакции, даже не представляя, какой она была бы.

    – Привет, молодежь, - ко мне подсел парень лет двадцати пяти. Я же в свою очередь отодвинулась. Он улыбнулся, – меня можешь не бояться.
    – А я Вас и не боюсь, – процедила я сквозь зубы и резко добавила, – Вам что-то нужно от меня?
    – Я хотел бы тебе помочь.
    – Да ну? – насторожилась: после Лешки мне стало сложно доверять людям.
    – Ты мне не доверяешь… это нормально, но мне нет смысла тебя обманывать. Может, пройдемся?
    – А смысл?
    – Меньше любопытных ушей,… да и глаз тоже.
    – Что Вы от меня хотите? – я посмотрела ему в глаза, мой голос был колючим, злым, злым на весь мир. Он же, наоборот, ответил очень мягко:
    – Я же говорил, помочь.
    Не знаю, что меня дергнуло кивнуть. Мы отошли в старую часть парка к руинам какого-то здания, здесь было тихо, заброшено. Я любила это место. Раньше любила.
    – Так что вы хотели мне сказать? – я села на подоконник, вернее, на то, что от него осталось.
    – Ты хотела бы ему отомстить?
    – Возможно, - я даже не сомневалась, что он говорил об Алексее.
    – Я бы мог тебе в этом помочь.
    – Чем?
    – Всем, чем смогу.
    – Может, тогда и идейку подкинете? – голос у меня был саркастическим.
    Он пристально посмотрел на меня, от этого взгляда по коже побежали мурашки. И только сейчас я поняла, что все это серьезно, а не чья-то дурацкая шутка. Мне на минуту стало страшно, но я отогнала этот страх. Ведь что может быть слаще мести?
    Смешно, я раньше и не думала о мести, а сейчас… я не просто задумалась, я захотела отомстить!
    – Хорошо, – он, наконец, нарушил молчание. Его голос стал весьма серьезным, – Алексей ведь хотел забрать у тебя самое дорогое, на его мнение, – жизнь, а в итоге забрал нечто еще дороже.
    – Меня саму, – едва слышно сказала я.
    – Твое умение доверять, любить и, как ты сама сказала, тебя саму. И справедливым будет также забрать у него самое дорогое – его брата.
    – Как это “забрать”? – мой голос заметно дрогнул. – Убить?
    Он промолчал. Он просто смотрел мне в глаза, а мне вновь стало страшно. Зачем я согласилась отойти с ним в безлюдное место? Знала ведь, что не стоить.
    – Зачем же убивать? ¬Можно забрать на время или просто инсценировать убийство. Второй вариант был бы даже лучше.
    Теперь уже молчала я. Он тоже не нарушал молчания, как будто ожидая моей реакции.
    – Я…
    – Передумала?
    Я не знала, что ответить: сказать “да”, значить обмануть и его, и себя, а сказать “нет” я боялась. Он ждал, как будто понимая, насколько тяжел для меня этот выбор.
    – Я… - глубоко вздохнула и сказала уже довольно твердо, – я хочу этого. Вы думаете его больше ранить второй вариант?
    Мой собеседник, вернее, уже сообщник, молча кивнул.
    – Но это будет именно инсценировка? Спектакль?
    – Да.
    – Тогда так и поступим. Вы ведь мне поможете?
    – Помогу, - он вновь мягко улыбнулся, как будто и не было никакого серьезного разговора.
    0
  • 2014-06-21 07:20 Имя: natali

    И на этот раз я улыбнулась ему в ответ.

    Я не могла поверить в происходящее, я была как будто в оцепенении, но ясно понимала, что нужно что-то делать, а не стоять столбом, что нужно бежать, бежать не оглядываясь, бежать далеко от этого места, от того, что произошло. Я даже не заметила, как оказалась возле все тех же руин. Мне хотелось кричать, рыдать, биться головой об стенку, но я лишь тихо сползла по стене на траву. Не знаю, сколько времени прошло, а я все сидела, глядя в одну точку, глядя без единой мысли, без каких-либо ощущений.
    Именно в таком состоянии меня застал Председатель, привез к себе. Я не помню, как уснула, да и как доехали тоже.

    – Катя, ты не виновата в том, что произошло, – уже, наверное, в сотый раз повторил Председатель. Я уже неделю жила у него, я не могла вернуться домой. ¬– Ты не виновата в его смерти.
    Я посмотрела на Председателя уставшим, но впервые за это время твердым взглядом:
    – Возможно. Но я хочу быть виноватой.
    – Ты о чем?
    – Я хочу его жизнь. Вернее, я хочу забрать его жизнь.
    – Ты хочешь его смерти? Хочешь, чтобы кто-то его убил?
    – Ты не понял меня, я хочу его убить, – мой взгляд был спокойным, голос – сильным и твердым: я, наверное, впервые в жизни точно знала, что хочу. Председатель же был весьма удивлен. Через некоторое время, пристально посмотрев на меня, как когда-то возле тех руин, он тихо, но тоже твердо сказал:
    – Хорошо. Ты это сделаешь.
    Я улыбнулась.

    Из воспоминаний, нахлынувших на меня, меня резко вырвал дверной звонок. Я встряхнула головой, как будто отгоняя от себя видение, но вставать и открывать дверь не стала – не хочу никого видеть! Да и кто ко мне мог прийти в это время? Председатель? Ему не составит труда найти, как самому открыть дверь.
    Я посмотрела на осколки на полу. Они мне напомнили осколки моей жизни, разбитой где-то в двенадцать лет.
    – Кэйт, ты…
    – даже не знаю, как тебя зовут… А знакомы мы уже давно, – я смотрела даже не на Председателя, а сквозь него.
    – Кэйт, ты чего? ¬– он подошел ближе.
    – Что? – я опять встряхнула головой.
    – Что произошло?
    – Ты о чем?
    ¬ Не притворяйся, что не понимаешь! – он был взвинчен, чего на моей памяти не происходило никогда. Он сел рядом, – я не понимаю, у тебя ведь никогда не было осечек.
    ¬– Так ты о работе? – догадалась я, но Председатель проигнорировал мой вопрос.
    – Что тебе помешало?
    – А какая разница? – я посмотрела на Председателя устало, но с вызовом. – Мои объяснения не изменят того, что произошло. Ты пришел решить мою судьбу? Решай. Мне уже все равно.
    – Катенька… – его голос звучал мягко.
    – Не называй меня так! – я вспыхнула, но под его пристальным взглядом немного взяла себя в руки. Председатель молчал довольно долго.
    – Ты другая…
    Я промолчала. А что я ему скажу? Что я вдруг поняла, что не могу так жить? Что не могу принять себя такой? Убийцей! Что ко мне вернулись все былые чувства и ощущения? Не думаю, что стоит.
    – Так ты ничего мне не объяснишь?
    – А что здесь объяснять? Я не смогла… Да и врядли те или иные мои слова что-то изменят. Ты принял решение, я это вижу в твоих глазах, и единственное, что хочешь, понять – правильное оно или нет. Не терзайся сомнениями, тебе это не идет. Да и я хочу покончить с этим быстрее, – я посмотрела ему в глаза. – Я знаю законы, так что…
    – Кэйт, - он вздохнул, – ты права, еще идя сюда, я уже принял решение, но… ты другая…
    – И это изменило твое решение?
    – Нет. Подтвердило его правильность, – он смотрел на меня с такой нежностью, которою я за ним не наблюдала никогда, как будто и он стал на время другим. – То, что ты взялась за это дело, знаю только я, – он вздохнул, – и если кто-то узнает, попадет, в первую очередь, мне, но… Мы очень много пережили вместе, и ты мне далеко не чужой человек. Кэйт, я предлагаю тебе следующее – начать жизнь сначала и забыть об этом этапе, естественно, по мере возможности.
    – Ты меня отпускаешь? – я была очень удивлена.
    0
  • 2014-06-23 06:02 Имя: natali

    – Ты меня отпускаешь? – я была очень удивлена. – Отпускаешь так… просто?
    ¬– Это мое решение.
    – Хорошо, я уеду… не думаю, что мы еще когда-то встретимся, это было бы…
    – Слишком сложно?
    – Можно сказать и так.
    Он кивнул, став тем человеком, которого я всю жизнь знала: с жестким взглядом и железным спокойствием. А я взглядом с ним попрощалась, попрощалась, казалось, навсегда.
    0
  • 2014-06-25 20:02 Имя: natali

    спасибо за такую хорошую оценку) очень приятно осознавать, что мои рассказы и стихи интересны не только мне)
    0

Добавить комментарий



Каптча: